YA (khalivopuloy) wrote in euro_royals,
YA
khalivopuloy
euro_royals

Categories:

Finding Freedom. Главы 12 и 13.


Экватор
Главы посвящены отношениям с родственниками и отцом. Глава про Саманту (12) огромная, но в ней практически ничего нового, поэтому выдернула самые главные цитаты о том, как это воспринималось с той, "другой" стороны.
Про отца -все, что писали в СМИ (включая "приватную" реакцию Меган и Гарри на события).

[ГЛАВА 12]

Глава 12. Проблемы типа Саманты.

Не прошло и суток после того, как роман Гарри и Меган стал известен всему миру, проблемы начались с Самантой Маркл. Саманта, которая не видела сестру более 10 лет, быстро прикинула свои возможности.
Саманта (настоящее имя -Ивонн)- старшая дочь Томаса Маркла и его первой жены Рослин Лавлесс. Томас и Рослин познакомились в Чикаго. Рослин забеременела и они поженились. Через два года после Саманты у пары родился сын- Томас- младший. В 1975 году Томас и Рослин развелись и Рослин с детьми уехала в Нью-Мексико. Но подростки не стали жить с матерью и переехали к отцу в Калифорнию.

Отчасти из -за семнадцатилетней разницы в возрасте, Меган пересекалась со своей сестрой всего дважды с тех пор, как повзрослела. В последний раз они виделись, когда Томас попросил Меган сопровождать его в Нью-Мехико на выпускной Саманты в 2008 году. Это стало поводом для публикации единственного совместного снимка двух сестер в бесчисленных новостных агентствах.
"Причина, по которой пресса продолжает показывать одну и ту же фотографию, заключается в том, что других не существует. Если бы фотографий было больше, Саманта продала бы и их"- сообщило одно из доверенных лиц Меган.
Собрав все совместные фотографии, которые были сделаны в ее юности, Саманта обратилась в The Sun. Она поведала свою историю о том, что зацепиться за королевскую семью было главной амбицией Меган.
"Это было то, о чем она мечтала с детства, когда мы смотрели передачи о королевской семье по ТВ", - сказала Саманта. Хотя сестры почти не общались с тех пор, как Дориа решила уйти от Томаса, когда Меган было всего два года, в версии Саманты сестры были достаточно близки, чтобы делиться историями о своих "влюбленностях" друг с другом. Меган, по-видимому, призналась, что объектом одной из них был принц Гарри.
"Она всегда предпочитала Гарри", - заявила Саманта- "У нее слабость к рыжим". Это было довольно безобидно. Но Саманта продолжала изображать Меган манипулятивной социальной альпинисткой, которая продумывала каждый свой шаг от телезвезды к филантропу и девушке Гарри. Хуже всего было то, что она обвинила Меган в том, что та не хотела с нею знаться из-за диагноза Саманты, который приковал ее к инвалидной коляске. "Ее амбиции - стать принцессой", - сказала Саманта, которой The Sun щедро заплатили- "Ее поведение определенно не соответствует члену королевской семьи".


Саманта продолжала нападать на Меган и даже планировала написать книгу. Все интервью Саманты щедро оплачивались СМИ. Источники поделились с авторами мыслями о том, что Саманта хотела изобразить для прессы отношения с Меган по типу "Пиппа-Кейт". Но это было ерундой, так как Меган и Саманта не были никогда близки.
Брат Саманты, Томас Маркл-младший, в основном положительно отзывался о своей сестре в первом интервью в январе 2017 года, проданном The Sun. Он сказал, что надеется, что он не позорил Меган и что его действия не исключат его из списка гостей на королевской свадьбе. Но приглашение ему никто не отправил и он написал открытое письмо Гарри.


Как и Саманта, которая обвинила Меган в том, что она избегает ее из-за болезни, Томас-младший выдвинул еще более обидное обвинение в том, что Меган использовала «собственного отца», оставив его забытым, одиноким банкротом. Это было очень далеко от правды. Томас, обладатель Эмми, страдал от финансовых проблем еще с тех пор, как Меган была маленьким ребенком, и это способствовало его разрыву с Дорией. Томас объявлял о банкротстве дважды - в 1991 и в 1993 годах. Это было странно, так как в 1990 году он выиграл в лотерею 750 000 долларов. На свой выигрыш он купил Саманте машину и помог Томасу- младшему с его цветочным бизнесом. Потом он вложился в ювелирный бизнес и прогорел. Через год, когда он подал заявление о банкротстве, личная собственность Томаса была оценена в 3931 доллар. Добросердечный Томас был неплохим человеком, но обращаться с деньгами не умел.


Еще в детстве, когда её сверстники были озабочены Abercrombie & Fitch, Меган взвалила на себя тяжелую психологическую ношу - она только и думала о том, как она вырастет и сможет финансово помогать своим родителям. Как только у нее появился первый стабильный заработок в реалити-шоу Deal or No Deal (5000 за эпизод) она была рада делиться им со своим отцом.

Меган и ее ближайшее окружение были в ярости из-за абсурдных заявлений Саманты и Томаса-младшего. Как отмечает доверенное лицо, ни сестра, ни брат не переживали, когда их не пригласили на первую свадьбу Меган.
"Они, вероятно, даже не знали, что она вышла замуж, потому что никогда не общались", - сказал друг,- "Это так смешно. Конечно, теперь их волнует, что она выходит замуж за принца".
Меган не раз просила отца вмешаться и поговорить с Самантой, что бы она перестала продавать истории в СМИ.
Томас пытался: "Ты в курсе, что ты делаешь больно своей сестре?"- сказал он Саманте, или "Бэйби", как он ее обычно называл.
"Все, что нужно сделать Меган - это лично связаться со мной, чтобы положить этому конец", - ответила она.
Томас передал это Меган, но она так и не связалась со своей сестрой, уверенная в том, что, вероятно, та запишет звонок и продаст его таблоиду.


Гарри между тем был в шоке от того, что творили родственники Меган и переживал о том, как это отражается на ней. Она была очень расстроена. Еще более разочаровывающим было то, что она не могла просто выпустить заявление или написать в Twitter, чтобы защитить себя. Она должна была молчать, пока на нее нападали.

Члены королевской семьи жили согласно мантре "никогда не жалуйтесь, никогда не объясняйтесь". Помощник из Букингемского дворца постоянно откровенно говорил: "Замолкните и переждите это". Меган старалась не читать прессу, но часто помощники обращали ее внимание на какие-то вещи, когда им нужно было знать, было ли что-то фактом или вымыслом. Иногда эти помощники сами становились объектом нападок ее брата и сестры. В какой-то момент Томас-младший начал посылать электронные письма с требованием в адрес Кетрин МакКивер, заместителю секретаря по связям с общественностью Кенсингтонского дворца, в которых он подробно описывал необходимость финансовой помощи, поскольку, по его утверждению, внимание прессы не позволяло ему получить работу. Джейсон (Кнауф) и его команда считали ситуацию «сюрреалистичной», но они также чувствовали большую ответственность за то, чтобы провести Меган через этот хаос.

Еще больше расстраивали выдумки прессы. Например, Меган никогда не запрещала Гарри участвовать в Рождественской охоте и никогда не была веганкой, как писали в СМИ. Меган критиковали за нарушения протокола, за то, как она одевается, как общается с детьми на мероприятиях.
Она подверглась критике за то, что надела брюки на вручение наград Endeavour Fund Awards. Неважно, что Диана так же носила смокинг, а Кейт надевала брюки и блейзер на мероприятие на Кипре. Несмотря на все, Меган старалась игнорировать постоянную критику СМИ. Друзья называли ее "Грейс в огне"- Меган всегда стойко переносила все невзгоды... Кроме тех случаев, когда ее предавали близкие друзья.

Меган была ранена, когда ее давняя близкая подруга Нинаки Придди присоединилась к хору критиков и тех, кто хотел нажиться на их отношениях. Эти двое знали друг друга с начальной школы. Они вместе устраивали вечеринки по случаю дня рождения, посещали одну и ту же католическую среднюю школу. Дети разведенных родителей выстроили настолько доверительные отношения, что считали друг друга сестрами. Они доверяли друг другу все свои секреты, Нинаки была подружкой невесты на свадьбе Меган и Тревора. Нинаки не только продала прессе много очень личных фотографий и детских воспоминаний, но также выдвинула серию резких обвинений в адрес женщины, которую она знала с пятилетнего возраста. Это был тот тип предательства, который дворцовые помощники видели снова и снова по отношению к любой женщине, которая выходит замуж за королевскую семью.
Меган признавалась, что была «обижена и разочарована» предательством старинной подруги.
Пережить это время, Меган помогла вера. "Ее отношения с Богом и церковью чрезвычайно важны для нее", - говорит близкий друг, - "Это то, чего большинство людей о ней не знает. Это играет центральную роль в ее жизни".
"Ее отношения с Богом, ее духовность рождаются из ее личного опыта", - говорит другой друг, который часто молился с Меган, - "Вера составляет большую часть ее жизни. Это ее вера в Бога. Это ее вера в свою семью. Ее вера в самых близких ей людей".
"Именно молитва и беседы с Богом помогли ей пережить самые мрачные моменты", - говорит следующий источник, - "Это то, что играет важную роль в ее жизни и ее отношениях с Гарри. Эти двое вместе прошли путь веры".


Между тем, пресса начала физически преследовать Томаса Маркла. Они узнали, где он живет, фотографировали его дом, следили за ним, когда он ездил по магазинам, допрашивали его соседей и знакомых. Сам Маркл отказывался давать какие-либо комментарии на тот момент.

Всякий раз, когда к нему подходил репортер, он отвечал фразой, заготовленной для него официальными лицами дворца: «Я не могу говорить из уважения к моей семье». Как только в Mail on Sunday появилась статья о местонахождении его дома, ему пришлось столкнуться с постоянными вторжениями со стороны репортеров и фотографов. Один папарацци даже арендовал квартиру рядом с ним. "В эти моменты Меган просто волновалась за своего отца", - сказал источник, близкий к Меган, -"Они окружили его со всех сторон, и она больше всего беспокоилась о его благополучии и безопасности".
Томас, который закрыл фанерой окна своего дома, выходящие на улицу, ненавидел, что своим молчанием он позволял средствам массовой информации управлять своим имиджем. Некоторые развлекательные телешоу в США и ряд британских газет были безжалостны, предлагая большие деньги любому дальнему родственнику Меган за раскрытие семейных тайн. Общественность жаждала любой информации о жизни Меган, независимо от тона или мотивации комментария. Пресса создавала для Томаса образ нездорового отшельника.


К Томасу "приставили" дворцового помощника, Джейсона Кнауфа, который заверил, что будет на связи в любое время дня и ночи. Джейсон дал Томасу свой личный номер телефона, адрес своей почты, а так же номер своего заместителя, но Томас никогда не писал и не звонил. Когда ему звонил Джейсон, Томас всегда отвечал, что у него все в порядке.

"Томас - гордый человек", - сказал источник, - "Упрямый."
И тут появляется Джефф Рейнер. К этому моменту фотограф и совладелец информационного агентства Coleman-Rayner был знаком Томасу, поскольку он месяцами наблюдал за его домом. Он сделал Томасу предложение, которое казалось взаимовыгодным. Они могли бы сделать несколько откровенных снимков в городе, которые бы сместили его образ с толстого отшельника на преданного отца, с нетерпением готовящегося к свадьбе своей дочери.
В ходе нескольких звонков, Гарри и Меган прямо сказали Томасу, что он должен сделать все возможное, чтобы игнорировать любую прессу. Но в конечном итоге он не послушался. С некоторой поддержкой со стороны своей другой дочери, Саманты, которой удалось получить долю от сделки, Томас принял предложение фотографа.
Всего за неделю до того, как Томас должен был занять центральное место в Виндзорском замке, в костюме, сшитом вдали от пляжного городка, дворец получил известие, что Mail on Sunday намерена опубликовать информацию, которая разоблачит «откровенные» кадры.
По указанию Гарри команда по связям с общественностью, проконсультировавшись с командой юристов из Harbottle & Lewis, начала работать над стратегией, чтобы остановить публикацию неловкой истории. Однако сначала Меган нужно было услышать от отца, что произошло.
По словам доверенного лица, которое было рядом с Меган, когда разворачивались события, она сказала своему отцу: "Папа, нам нужно знать, правда это или нет, потому что моя команда попытается остановить эту историю.
Они сделают все возможное, чтобы защитить тебя, папа", - сказала Меган по телефон, - "Ты говоришь мне, что тебя преследуют, верно?"
И он снова соврал Меган. Он не признался, что участвовал в постановочной фотосессии.
"Каждый раз, когда она звонила ему, она говорила:"Папа, я люблю тебя. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя. Все в порядке. Просто приезжай сюда. Будет свадьба. Мы будем праздновать. Не беспокойся ни о чем. Давай просто оставим это в прошлом", - рассказывает источник.

Меган отказывалась верить, что ее отец виноват, она считала его жертвой. На следующий день после разговора, Меган отправила за Томасом машину, что бы доставить его в Лос-Анджелес. Оттуда он должен был совершить перелет в Лондон.
Тем временем сотрудники дворца и юристы пытались остановить публикацию о Томасе, но у них ничего не вышло.

"Скриншоты с камер наблюдения показали, что Томас подставил их всех, всех до единого. Меган была опустошена обманом отца, но она также беспокоилась о его благополучии. До свадьбы оставалась всего неделя. Она отчаянно пыталась доставить его в Лондон, где он будет защищен от прессы дворцовыми служащими и офицерами охраны. Она сразу позвонила отцу, но он не ответил. Она позвонила снова. И снова, и снова. Каждый раз она оставляла какую-то версию одного и того же сообщения: «Папа, я все еще люблю тебя. Ничего не изменилось. Мы собираемся вывезти тебя из Мексики и благополучно доставить в Лондон. Я посылаю машину, чтобы приехать за тобой".
Если бы он только сел в машину.




[ГЛАВА 13]
Глава 13. Ситуация с Томасом Марклом.

В последнюю ночь перед свадьбой с Меган обращались как с королевой. Они с Дорией приехали в роскошный отель
Cliveden House - давний центр политической и светской жизни. В отеле в свое время останавливались Уинстон Черчилль, Бернард Шоу, Ганди и Генри Форд.

"Теперь здесь проживала будущая герцогиня Сассекская в апартаментах Inchiquin Suite за 1900 долларов в сутки. После нескольких месяцев работы все было готово. Ни одна деталь не была забыта, в том числе вооруженные полицейские, патрулирующие коридоры Cliveden House. Около двух дюжин дополнительных охранников окружили территорию здания площадью 376 акров. Ординарец Гарри и бывший десантник Тифаре Александр (Тиф для самых близких) также был под рукой, если бы Меган что-нибудь понадобилось. Крыло отеля было зарезервировано исключительно для будущей герцогини и всех ее посетителей. Шеф-повар, удостоенный звезды Мишлен, Андре Гарретт приготовил обед в частной столовой. И если гости Меган пожелают, в их распоряжении будет спа-салон, массажистки, гидромассажные ванны, а бассейны с ароматом розы и лаванды открыты и ждут.

Меган особенно нуждалась в том, чтобы снять стресс, она столкнулась с глубоко личным кризисом, разыгравшимся в прессе как в Великобритании, так и за рубежом. Несмотря на шквал голосовых и текстовых сообщений Меган, Томас не только отказался сесть в ожидающую машину до аэропорта, но и не ответил ни на одно сообщение от дочери.

"Боже мой, мой телефон", - сказала Меган другу, объяснив, что она звонила отцу как минимум двадцать раз,-
"Я предполагаю, что он получает мои сообщения", - добавила она обеспокоенно.
Вместо того, чтобы знать что-либо наверняка, они с Гарри были в курсе планов ее отца (собирается ли он присутствовать на ее свадьбе) через таблоиды и сайты сплетен.
В то время как на публике Дворец сохранял стоический фасад из молчания, за закрытыми дверями царили взаимные обвинения и гнев из-за того, что отец Меган превратил то, что должно было быть временем празднования и достойного торжества, в цирк. Отрезав себя от помощников дочери, Томас скармливал прессе нескончаемый поток бессмысленных заявлений. Придворные каждую минуту ждали, когда упадет следующая бомба. Никто не знал, чего ожидать дальше.
"Это было очень, очень тяжело", - сказал помощник о реакции дворца на ситуацию с Томасом Маркл, - "Легких решений не было, и они справились с этим, как могли, хотя для внешнего мира это выглядело как полный беспорядок. Очень легко винить Дворец, но, боже мой, я не видел подобной ситуации"
В одном из своих многочисленных интервью Томас утверждал, что разъяренный Гарри позвонил ему и прошипел: "Если бы вы послушали меня, этого бы никогда не произошло". Но такого разговора не было.
Уязвленная Меган приказала чиновникам Кенсингтонского дворца выпустить заявление, в котором ситуация называлась «сугубо личным делом» и попросив конфиденциальности, пока они разбирались с этим. Хотя она никоим образом не хотела, чтобы ее семейная драма разыгрывалась так публично, она чувствовала себя вынужденной предпринять какие-то действия.
"Как бы она ни была обижена и унижена, она хотела, чтобы он был рядом", - сказал близкий друг,- "К тому же она волновалась за него. Честно говоря, она не была уверена, в порядке ли он. Его поведение было странным".
За четыре дня до свадьбы Меган получила более сокрушительные новости от своего отца - снова через веб-сайт, посвященный сплетням о знаменитостях.
Возложив вину на любопытную прессу, Томас заявил, что стресс вызвал у него сердечный приступ.
Обеспокоенная, Меган писала Томасу текстовые сообщения: "Я писала тебе все выходные, но ты не отвечаешь ни на один из наших звонков и не отвечаешь на какие-либо текстовые сообщения ... Очень обеспокоена твоим здоровьем и безопасностью и приняла все меры, чтобы защитить тебя, не знаю, что еще мы можем сделать, если ты не ответишь ... Тебе нужна помощь? Можем ли мы снова отправить команду безопасности? Мне очень жаль слышать, что ты в больнице, но тебе нужно связаться с нами ... В какой больнице ты находишься? Сегодня мы с Гарри приняли решение и отправляем тех же охранников, которых ты отверг в эти выходные, чтобы могли убедиться, что ты в безопасности ... они будут в твоем распоряжении сколько нужно. Пожалуйста, позвони как можно скорее ... Все это невероятно беспокоит, но твое здоровье - самое главное."


В королевской семье никто и словом не упрекнул Меган в сложившейся ситуации. Были подняты вопросы относительно обоснованности утверждений Томаса, но Меган сказала персоналу Кенсингтонского дворца, что никто не должен дискредитировать ее отца.
Меган возложила часть вины на себя. Проведя последние полтора года в центре внимания, она поняла, что такое давление со стороны СМИ.

«Он уязвим», - сказала она другу.- «Его заманили. Многие таблоидные журналисты уговаривали его и платили ему. Я не знаю, действительно ли у него был шанс (избежать этого)».
Гарри также винил СМИ во всей ситуации. Стремясь улучшить положение своей невесты, Гарри обратился к человеку, которого считал наиболее подходящей заменой Томаса- своему отцу. После недели неопределенности приедет-не-приедет, Кенсингтонский дворец объявил, что принц Чарльз поведет Меган к алтарю.
Всем, включая Уильяма, было жаль Меган. Было душераздирающе наблюдать, как ее день свадьбы потенциально испорчен ее собственным отцом. Дориа была огорчена за Меган, но не удивлена. По ее мнению, редко можно было положиться на ее бывшего мужа.
Меган отправила отцу последнее сообщение. Он не ответил.
Позже той ночью, сидя в ванне, разговаривая по FaceTime с подругой, невеста сказала, что оставила отцу последнее сообщение.
"Я не могу просидеть всю ночь, просто нажимая отправить. Я выхожу замуж. И я хочу быть счастливой по этому поводу".


© Omid Scobie and Carolyn Durand. Extracted from Finding Freedom by Carolyn Durand and Omid Scobie
Tags: uk - Герцог Сассекский, uk - Герцогиня Сассекская, Книги, Королевская семья Британии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 546 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →