Заносчивая Вандербильдиха (leprofesseur) wrote in euro_royals,
Заносчивая Вандербильдиха
leprofesseur
euro_royals

Categories:

Lady in Waiting: My Extraordinary Life in the Shadow of the Crown. Глава 8.



В то время как большинство наших друзей были владельцами старинных поместий, Колин всегда был в поисках чего-то нового, и ничто не нравилось ему больше, чем перебирать дома в окрестностях Лондона, продолжая перемещать нас из одного в другой. Мы переехали от его матери в дом брата Патрика Планкета в Кенте, а потом в дом на Ратленд-гейт-мьюз - дом, который я ненавидела из-за его линолеумных полов.

Затем, в 1963 году, Колин объявил, что купил другой дом. На этот раз это был бывший дом известного американского художника XIX века Джеймса Уистлера на Тайт-стрит в Челси. Тайт-стрит была популярным местом для людей искусства, в прошлом на ней проживало внушительное число известных людей, таких как писатели, включая Оскара Уайльда, художники, такие как Джон Сингер Сарджент, а также композиторы, кинокритики и романисты.

Эта творческая часть Лондона понравилась Колину, и дом производил впечатление. Проблема заключалась в том, что с годами он так сильно зарос грязью, что его нужно было снести и построить заново. Естественно, Колин устроил вечеринку по случаю сноса дома, попросив гостей прийти с молотками и в касках. В обмен на пожертвование в пользу одной из благотворительных организаций, которую мы поддерживали, гостям было предложено разрушить стены, а его мать покинула вечеринку одной из последних.

После сноса дом был построен и отделан заново. На это ушла пара лет лет, а это означало, что тем временем мы продолжали постоянно переезжать. Когда мы наконец въехали в свой дом, мы прожили в нем несколько лет.

В шестидесятые годы, когда мы с Колином были в Англии, почти каждый вечер мы вели светскую жизнь, и каждые выходные нас приглашали в дома друзей по всей стране. Часто на большие балы приглашали тридцать или сорок человек, и, чтобы такой большой список гостей мог собраться, мы часто останавливались у соседей хозяев, знакомясь с людьми через кого-то. Мы ездили в Ботон, Хэтфилд, Чатсуорт, а однажды поехали на охоту в Уэнтворт Вудхаус, который является самым большим домом в Британии. Построенный на угольной шахте, он ужасно пах коксом, а вереск был черным. Мы также гостили у Джейн, герцогини Баклю, в замке Драмланриг вместе с принцессой Маргарет, и, когда Джейн решила, что пора спать, она объявила: «Я выключаю свет - вот фонарик». И нам пришлось, хихикая, пробираться по темным коридорам в наши спальни с крошечным фонариком.

Нас часто приглашали в Бленхейм. Когда мы приехали в первый раз, я переживала из-за герцога Мальборо Берта, который имел репутацию пугающего, умного и вспыльчивого человека. Как только мы приехали, я извинилась и пошла поправлять парик: в то время все дамы носили парики. Я хотела бы, чтобы мы носили парики и сейчас, потому что тогда мне никогда не пришлось бы ходить в парикмахерскую. У меня был кудрявый парик, из-за которого я была очень похожа на Харпо Маркса, у которого, что довольно необычно для мужчины, был перманент, выкрашенный перекисью водорода.

Вновь появившись с париком, сидевшим на своем месте, я молилась, чтобы мне не пришлось играть в бридж с Бертом, потому что он имел пугающую репутацию неприятного партнера по бриджу, если кто-то не играл по его строгим стандартам. Но, конечно, Берт сказал - "Я буду играть с Энн".

"Я боюсь играть с вами", - ответила я, довольно храбро, - "потому что вы очень, очень хорошо играете, и вы нетерпимы к дуракам".

К счастью, у нас были очень хорошие карты, и я кое-как разбиралась в них, поэтому игра шла хорошо, а он был мил со мной - намного больше, чем когда-либо был Колин.

Как и все, кого я знала, мы оставляли наших детей на попечение няни или гувернантки, когда уезжали на выходные. Помимо няни у меня была горничная для детской, дворецкий, экономка и две уборщицы, и за домом следили независимо от того, были мы там или нет. Первой няней Чарли была няня Уайт, которая очень его любила. Каждый раз, когда возила его гулять в коляске, если он видел кондитерскую, он показывал на нее, а няня покупала ему огромную булочку с глазурью. Неудивительно, что она ему так нравилась. Когда родился Генри, я отвезла его в Холкем вместе с медсестрой. Когда я вернулась, Колин поприветствовал меня новостью о том, что он уволил няню Уайт из-за чего-то очень незначительного. По правде говоря, с ней было непросто ужиться, и одно замечание или хмурый взгляд от нее довели Колина до крайности, я же не увольняла ее, потому что Чарли очень ее любил.

Чарли был огорчен и, казалось, винил Генри: с точки зрения трехлетнего ребенка, появился Генри, забрал маму, и каким-то образом в результате его любимая няня тоже ушла. У бедного Чарли случился небольшой нервный срыв, и он убежал в кукурузное поле. Его волосы были светлыми, как кукуруза, а поле было таким большим, а он таким маленьким, что потребовалось много времени, чтобы его найти. Мы ходили взад и вперед, зовя его, пока, в конце концов, я не обнаружила его свернувшимся, как кролик. Это разбило мне сердце.

У нас появилась новая няня, но оказалось, что она была не очень добрая, и я не сразу это выяснила, о чем очень сожалею. После нее была еще одна няня и несколько милых гувернанток au pair, в том числе замечательная швейцарская девушка по имени Элен, которая оставалась с нами, пока мальчики не пошли в школу-интернат.

Я виделась с Чарли и Генри в детской перед тем, как оставляла их играть, укладывала их спать няня, потому что обычно у меня было вечернее светское мероприятие. Я всегда занималась мероприятиями по сбору средств, самым запоминающимся из которых был бал 500 в Claridge's в Лондоне, для которого я организовала конкурс причесок. Будучи втайне амбициозной и не желая, чтобы меня обвиняли в том, что я не постаралась, я отправилась к парикмахеру Джону Олофсону, который создал для меня впечатляющую прическу высотой два с половиной фута из позолоченного винограда и виноградных листьев. Она была настолько высокой, что мне пришлось сесть на пол в такси, чтобы она могла поместиться

В большинстве случаев эти мероприятия не заканчивались до раннего утра следующего дня, поэтому у меня был свой распорядок с детьми: уже умытые и одетые, они забирались на мою кровать, пока я завтракала, и мы разговаривали. Если я была дома в течение дня, я водила их поиграть, а по вечерам я читала им книги, их любимой была «Там, где живут чудовища».

Дети жили в Лондоне, а Колин проводил большую часть своего времени на Мюстике, который в течение многих лет не был подходящим местом для детей. Мы оставляли их дома, пока они не стали старше. Я чувствовала, что разрываюсь, оставляя детей, но на Мюстике происходило столько всего, и Колин отчаянно хотел, чтобы я была там и поддерживала его.

Постепенно Мюстик стал становиться все более привлекательным. В 1965 году друг Колина из Итона, Хьюго Мани-Куттс, прибыл на небольшой яхте со своей второй женой Джинти. Они путешествовали по миру, но как только Джинти сошла на берег, она сказала Колину, что ей надоело безвылазно сидеть на лодке. И Колин пригласил их остаться, а Хьюго начал помогать Колину с управлением островом.

С друзьями для меня жизнь на острове стала легче - если мне что-то надоедало, Джинти проявляла понимание, и если Колин был полон энергии, а я нет, с ним шел Хьюго.

Наличие действующего хлопкового хозяйства означало, что Колин мог использовать хлопок для пошива одежды и постельного белья. Хлопок Sea Island был высокого качества и очень мягкий, как шелк, поэтому Колин в восторге демонстрировал свою новую одежду, особенно костюм пижамного стиля, в нескольких разных цветах. Когда люди восхищались им, он улыбался и говорил, что сам его вырастил.

В своей хлопковой пижаме он приступил к модернизации острова, наняв местного водопроводчика с Сент-Винсента, известного как «Трубопровод», чтобы решить проблему с проточной водой, построив водохранилище с водосборным отверстием, но Трубопровод совершил ужасную ошибку, поставив неправильно фильтр, поэтому сначала мы получили весь ил, но не воду.

Однажды Колин и Хьюго были на Сент-Винсенте и наткнулись на молодого человека, лежащего в канаве, который упал с мотоцикла. Его звали Бэзил. Они отвезли его в больницу, а через несколько дней, когда Колин приехал, чтобы проверить, как он себя чувствует, у них установились хорошие отношения. Когда Колин узнал, что у Бэзила нет работы, он предложил ему должность бармена в своем скоро открывающемся баре на Мюстике. Бэзил согласился. Бар был назван Basil's Bar и работает до сих пор.

У Бэзила был свой подход к людям, особенно к женщинам. Когда Мюстик стал более развитым, Колин начал приглашать вдов или разведенных женщин, приехать провести весело время на солнышке. Конечно, Бэзил очаровывал их всех, и в итоге он начал жить с одной из них - красивой блондинкой, виконтессой Вирджинией Ровстон. Но в середине шестидесятых было еще не так много людей, которых можно было бы очаровать, и вместо этого обычно только я и Колин, Хьюго и Джинти подпирали стойку бара.

Помимо бара была построена новая школа, а люди из жестяных хижин переселились в постоянное жилье. Пенсии выплачивались пожилым людям, а остальным предлагалась работа. Все люди, которых я знала на острове с самого начала, каждый раз, когда видели меня, говорили мне, как они рады, что появился мистер Теннант.

Моя мать и сестры посетили Мюстик в ранние годы и продолжали приезжать. Моей матери особенно понравился этот образ жизни, и она наслаждалась тем, что могла носить старые хлопчатобумажные брюки и вести более расслабленную жизнь, чем та, к которой она привыкла в Англии, но мой отец так ни разу и не приехал. "За границу?" - говорил он. - "Зачем?" В Холкеме было все, что ему было нужно, поэтому он оставался там.

Однажды в начале 1968 года принцесса Маргарет неожиданно позвонила Колину и спросила: «Это была правда? Насчет земли?"

"Да", - ответил Колин, обрадованный тем, что она заинтересовалась. Подарив принцессе Маргарет и Тони участок земли в качестве свадебного подарка, мы думали, что они забыли об этом. В первые годы их брака принцесса Маргарет погрузилась в новый круг богемных друзей, и теперь, когда у нее было двое детей - Дэвид, родившийся в 1961 году, и Сара - в 1964 году - ее жизнь была сосредоточена вокруг ее семьи. Мы занимались Мюстиком, поэтому не особо много общались.

"А дом прилагается?" - спросила принцесса Маргарет.

Колин, не желая ее разочаровывать, ответил, что построит ей дом. Она была в восторге и завершила разговор, сказав, что планирует приехать на Мюстик, чтобы посмотреть участок.

Я связалась с ней и предупредила, что она, вероятно, не захочет этого делать, потому что остров все еще не был удобен для проживания. Со времени ее первого визита в 1960 году Мюстик существенно изменился, но все еще не был пригоден для принцессы. Я объяснила, что мы пользовались керосиновыми лампами, потому что электричества все еще не было, что вода имеет мандариновый оттенок из-за черепицы и что горячей воды определенно нет, но она не испугалась и сказала, что она с нетерпением ждет поездки.

Когда она прибыла через несколько месяцев, принцесса Маргарет сразу же приняла неудобства и адаптировалась к ним, не поднимая шума. Когда она хотела принять душ, она использовала ведро на дереве, как и мы. Еда тоже была очень простой. Хоть у нас и была свежая рыба, все остальное было консервированное, но она не возражала.

У нас не было настоящей мебели, поэтому мы сидели на пластиковых или плетеных стульях, играя в карты, когда света было недостаточно для чтения. Колин ни разу не выходил из себя с принцессой Маргарет, даже если она выигрывала.

Кровати были покрыты москитными сетками, и ночью в большом количестве появлялись какие-то необычные мыши. Принцесса Маргарет называла их «летающими мышами», потому что они бросались вверх по сетке, а затем прыгали на соседнюю в огромных прыжках, которые, казалось, нарушали законы гравитации. Возможно, ее собственный опыт сделал ее удивительно легко приспосабливающейся - к тому времени она жила жизнью контрастов.

Она была очень взволнована, когда мы отвезли ее на мыс Геллизо, где находился участок, на котором будет построен ее дом. Колин предложил этот полуостров в верхней части острова, потому что до него трудно добраться, а значит, там будет безопаснее. Конечно, это означало, что и нам было трудно добраться до него, поскольку он был покрыт кустарником. Я предложила ей хлопковую пижаму Колина. Она карабкалась на холм в пижаме Колина, лодыжки и запястья обвязаны веревкой, чтобы не царапаться о ежевику и не быть покусанной комарами. На ней были большие солнцезащитные очки, соломенная шляпа, и она широко улыбалась, совершенно не обращая внимания ни на что. Она не была тщеславной. Она просто делала то, что должно.

Мы добрались до места и обошли воображаемый дом, который Колин пометил деревянными кольями. Когда он отвернулся, она взяла колья и перенесла их в кусты.

- Что вы делаете, мэм? - спросил Колин

- Ну, я думаю, мне нужно побольше земли, - ответила она.

- Зачем вам еще земля? - резко возразил Колин.

- Домик для моей охраны, - заявила принцесса Маргарет.

И она это получила.

Хотя Мюстик нельзя было сравнить с королевским дворцом, он предоставил принцессе Маргарет отдых от мужа. Как и Колин, Тони был непредсказуем и обладал схожими с ним чертами характера: он был эксцентричным и чрезвычайно требовательным, часто незаслуженно обижая людей. Но, как и Колин, он мог быть невероятно обаятельным. Хотя принцесса Маргарет и Тони были безумно влюблены, их отношения стали натянутыми, и пресса искала истории в каждом взгляде, каждом выходе, каждом движении принцессы. На Мюстике не было никакой прессы, и, поскольку Тони сказал, что ненавидит это место, он вряд ли поехал бы за ней туда, хотя он всегда специально говорил ей, что может приехать, вероятно, чтобы помешать ей расслабиться.

Принцесса Маргарет была похожа на мою мать в том, что она не зацикливалась на вещах. И она не жаловалась часами на Тони. Она рассказала мне достаточно, чтобы я могла понять ее положение, в том числе то, что она больше не заглядывает в свой комод, а просит свою горничную делать это, потому что Тони завел привычку оставлять там записки, в которых говорилось, что-то вроде - ты похожа маникюршу-еврейку, и я ненавижу тебя.

Она привыкла, что к ней относятся с величайшим уважением - все кланялись ей, делали реверансы и называли ее Мэм, хотя она подписывалась Маргарет в письмах к друзьям. Я никогда не задумывалась о том, что ее отец был королем и императором, но она была королевской особой, так что неудивительно, что у нее были королевские моменты. Формальности никогда не мешали нашей дружбе, но я подозреваю, что Тони это возмущало. Все, кого она когда-либо встречала, относились к ней определенным образом, и был Тони, который проявлял враждебность творчески, тратя время на то, чтобы написать неприятную записку и спрятать ее в ящике для перчаток, рядом с ее платками или вложить в книги

Я была рада, что Мюстик предоставил принцессе Маргарет убежище, и я позаботилась о том, чтобы у нее было все необходимое - она ​​не привыкла себя обслуживать и часто обращалась с небольшими просьбами, которые было легче выполнить, чем игнорировать. Днем мы плавали вместе, а ближе к вечеру мы часто сидели в баре Basil's, наблюдая за закатом, скептически ожидая зеленой вспышки, которая должна была появиться на горизонте сразу после того, как солнце исчезнет. Никто из нас в это не верил, но все же, казалось, мы всегда задумывались об этом, делая паузу в разговоре, чтобы посмотреть на пейзаж, на всякий случай, если увидим ее. Мы никогда ее не видели, но это стало забавной привычкой

По вечерам они с Колином обсуждали ее дом, и однажды вечером за ужином принцесса Маргарет предложила, чтобы ее друг, дядя ее мужа Оливер Мессель, ведущий сценический дизайнер двадцатого века и великий художник, спроектировал ее дом, потому что она навещала его на Барбадосе, и ей понравился дом, который он построил для себя. Она также надеялась, что в какой-то момент его участие может поспособствовать тому, чтобы Тони проводил с ней больше времени и подружился с Колином.

Колин подумал, что это замечательная идея, и связался с Оливером, и в следующем году принцесса Маргарет вернулась на Мюстик, чтобы посмотреть план дома, который он создал. Колин был рад, что Оливер принял участие, и будучи предприимчивым пошел на шаг дальше, чем попросить его спроектировать всего один дом. Он был очарован декорациями мюзикла Трумэна Капоте «Дом цветов» в Нью-Йорке, за которые Оливер получил «Тони», поэтому подошел к нему и нанял его спроектировать все дома, которые планировал построить на Мюстике.

Первый участок был продан еще до того, как дома были спроектированы. Хонор Свейдар, урожденная Гиннесс, из рода знаменитых ирландских пивоваров, и ее второй муж Фрэнки сошли на берег, чтобы зайти в бар. Когда они увидели нас, Хонор пожаловалась, что не хочет больше оставаться на лодке, как и Джинти. В конце разговора она спросила, может ли она купить участок, и Колин тут же согласился.

Хонор и Фрэнки купили два самых лучших участка и пляж, который она назвала Хонор-Бэй. Фрэнки много пил, поэтому он построил деревянную барную стойку возле дома у дороги, где по вечерам развлекал рабочих, когда они проходили мимо. Когда приехала моя мама, она подружилась с Хонор, вместе они занимались сноркелингом в шапочках для ванной и с сумками, прикрепленными к поясам для сбора раковин. Они даже выходили ночью с факелами, чтобы искать их. Мне ракушки не так нравились, как им, с тех пор, как я обнаружила, что они ужасно пахнут, если их не очистить должным образом. Много раз, когда мы с мамой летели домой вместе, от ее ракушек в самолете ужасно пахло.

Только после того, как Колин продал пляж Хонор, он понял, что продавать больше нельзя - пляжи должны быть доступны для всех. Тем не менее, продажа подстегнула его, убедив, что он достигнет своего видения прибыльного острова с процветающим сообществом, которым он мог бы управлять как роскошным поместьем.
Tags: Британские аристократы, Историческое, Книги, Королевская семья Британии
Subscribe

  • Мероприятие Кронпринцессы Мэри

    Сегодня, Кронпринцесса Мэри приняла участие в заседании круглого стола, на котором было вынесено обсуждение последующих мер и статус обязательств,…

  • Пост одного фото

    Принц Йоаким, и не только, на встрече с генералом ПВО и ВВС (CDAOA) Винсентом Кузеном.

  • Принц Феликс пойдет по стопам отца

    В августе, Принц Феликс, начнет двухгодичное военное обучение в сержансткой школе в Варде. Напомню, что эту же школу, Принц Николай бросил через 2…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 33 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Мероприятие Кронпринцессы Мэри

    Сегодня, Кронпринцесса Мэри приняла участие в заседании круглого стола, на котором было вынесено обсуждение последующих мер и статус обязательств,…

  • Пост одного фото

    Принц Йоаким, и не только, на встрече с генералом ПВО и ВВС (CDAOA) Винсентом Кузеном.

  • Принц Феликс пойдет по стопам отца

    В августе, Принц Феликс, начнет двухгодичное военное обучение в сержансткой школе в Варде. Напомню, что эту же школу, Принц Николай бросил через 2…