masta18 (masta18) wrote in euro_royals,
masta18
masta18
euro_royals

Categories:

Королева Ингрид. Глава 8

Глава 7


Еще будучи Кронпарой нынешняя монаршая чета сознательно работала над тем, чтобы иметь хорошие, личные отношения с политиками. Королева Ингрид знала об это все, что нужно. В Стокгольме она привыкла к непринужденным отношениям своего дедушки, Густава V, с его социал – демократическими министрами.

Эти отношения она взяла за основу и перенесла в Амалиенборг. Для Королевского Дома это было чем-то новым, потому что хорошие отношения с политиками не были чем-то таким, что культивировал Кристиан Х. Он считал политиков неизбежным злом.

Его сын и невестка так не считали, но по словам Королевы Маргрете, не было и речи о том, чтобы стать "приятелями" с политиками:

- Вы просто встречаетесь, даже наедине, и разговариваете открыто, непринужденно и доверительно. Это было чем-то новеньким.

Между Королевой и Хансом Кристианом Хансеном, который стал премьер-министром после внезапной смерти Ханса Хеттофта в январе 1955 г., существовала особая химия. Многие мужчины - от И. П. Нильсена в Южной Ютландии до владельца Maersk П.М. Мёллера в Гентофте и Виктора Борге в Нью-Йорке – были очарованы Королевой Ингрид, даже когда она уже не была молода.

Сибилла Бруун называла это «основным» обаянием: Королева Ингрид могла заставить самых могущественных мужчин Королевства лежать у ее ног. Теперь у меня есть новый друг, говорила Королева, а это значит, что есть еще один, который готов сделать все, что она попросит. Все немного влюблялись в Королеву Ингрид. И Королева использовала свое обаяние – во благо.

Например, она убедила Х. К. Хансена выучить английский, перед тем как он стал министром иностранных дел. А когда бывший типограф из маленького рабочего дома стал премьер-министром, она заботилась о том, чтобы его и его жену Герду приглашали на частные обеды в Амалиенборг.

Но мог ли премьер-министр пригласить Короля и Королеву к себе на ужин? Такого еще никогда не случалось. Но Герда Хансен в своих мемуарах после смерти Х. К. Хансена в 1960 году рассказала, как это произошло:

Несколько раз Король Фредерик спрашивал, как мы живем. В то время нас часто приглашали на частные ужины в Амалиенборг – могу поклясться, что если и есть человек, которым я восхищаюсь, то это Королева. Она может заставить всех чувствовать себя как дома.
Можем ли мы пригласить Ваше Величество на ужин? спросил Х. К. И ужин был назначен на 5 декабря 1955 года.
Это был настолько приятный вечер, что я даже и забыла, как нервничала.
Когда меня после смерти Х. К. пригласили на королевский прием, я поблагодарила Королеву Ингрид за то, что они все еще помнят меня, на что Королева ответила: «нам так не хватает того, что было у нас с тобой и твоим мужем».

Х. К. очень ценил Короля и уважал его. Союз между Королевским Домом и социал-демократическими политиками был мудрой стратегией для обеих партий. Послевоенная социал-демократия больше не являлась революционной партией, которая «сломает саблю, сломает корону и свергнет церковь». Народной партии был нужен популярный Королевский Дом. А Королевскому Дому были нужны хорошие отношения с правительственной социал-демократией.

Это не значит, что Король и Королева стали социал-демократами. Таге Корстед отметил, что Король Фредерик никогда не забывал о парламентском кризисе, который в 1920 году угрожал жизни Кристиана X и монархии. Он был привит против смешивания своих личных политических предпочтений - если они у него вообще были - с его должностью конституционного монарха. Он избегал попаданий в неудобные ситуации и ограничивался тем, что был "нейтральным перевесом" Конституции.

Никто никогда не смог бы подловить Короля – или Королеву, которая была более политически подкована, чем ее муж, – в политических выражениях. Но Королева Ингрид, тем не менее, обладала способностью незаметно отмечать свои позиции, не выходя за рамки неписаных правил, согласно которым в конституционной монархии Королевский Дом является политически нейтральным.

По мере того как Королева становилась старше, она становилась еще более склонной говорить то, что она думает, особенно через то, как она это делала: «Вы могли бы также Эллер» или «возможно, это была бы хорошая идея». Бо Брамсен называл это «молчаливым телеграфом»:
Королева Ингрид невероятно восприимчива, невероятно внимательна, невероятно хороший слушатель. Она хорошо подготовлена при знакомстве с людьми, всегда изучает их до встречи. Она обладает уникальной способностью создавать контакт с окружением, так что у вас действительно создается впечатление, что вы встречаетесь с целеустремленным, заинтересованным и умным человеком – и она, конечно, такая. Королева Ингрид знает, какую важную роль играет для Королевского Дома.

Король был более простым, чем Королева. При этом у него было твердый внутренний стержень, и в целом он быть очень приятным, добрым и невероятно любезным. И что не мало важно - он действительно был порядочным человеком.

В своем дневнике, датированном январем 1972 года, за несколько дней до смерти Короля, тогдашний премьер-министр Йенс Отто Краг, смотревший на Королевскую Семью с некоторой ироничной отстраненностью, описал Короля Фредерика, как «приятного человека, всеми любимого и благонамеренного, без политических мыслей и без желания превышать свои полномочия». Краг также считал, что новая Королева (Маргрете) может стать более трудной в сотрудничестве. Она так хорошо разбирается в политике, что вряд ли это можно было назвать преимуществом.

«Я надеюсь, что я и Королева не войдем в историю как самые незапоминающиеся, в длинной линии монархов», - сказал Король Фредерик в своей речи в 1949 году, когда ему исполнилось 50. Сосуществование Королевского Дома и народа на заре нового десятилетия было счастливым и беспроблемным. Лучшей монаршей четы, чем Фредерик и Ингрид, датчане не могли желать. А Принцессы так умны и хороши собой, что это предвещало хорошее будущее.

Была только одна проблема: наследника датского престола звали не Принцесса Маргрете, а Принц Ингольф.

Закон о престолонаследии от 1853 года не давал право женщинам наследовать датский престол:

«Человек за человеком, рожденный в законном браке, унаследует Корону по праву рождения и агнатической линии правителей»

Только мужчины по мужской линии имели право наследовать, а поскольку Королева Ингрид, которой в 1950 году исполнилось 40 лет, судя по всему уже больше не родит, наследником престола по-прежнему был младший брат Короля, принц Кнуд. А после него скипетр перейдет к его старшему сыну, принцу Ингольфу, родившемуся в феврале 1940 года, за несколько месяцев до двоюродной сестры, принцессы Маргрете.

Именно так обстояли дела, когда премьер-министр Ханс Хеттофт в 1948 году впервые поставил перед Его Величеством вопрос: разве не в духе этого времени и равенства изменить Конституцию и ввести женское престолонаследие?

Премьер - министра волновал не только женский вопрос. Он, как и все остальные, умел читать народные настроения. И опрос в том же году показал, что 48% датчан хотели видеть Принцессу Маргрете наследницей престола, в то время как 34% были против женщин на датском престоле.

И нет, народ не был против семьи из Зоргенфри - доброго и самого обыкновенного Принца Кнуда и его жены Каролины-Матильды (Кальмы). Но у этой ветви семьи не было такого стиля, который был у семьи Короля-моряка.

Король Фредерик сначала очень пренебрежительно относился к этой идее. Он думал о семейных традициях, о своей матери, Королеве Александрине (которая умерла 28 декабря 1952 года, до принятия конституционной поправки) – и о своем брате, с которым у него всегда были хорошие отношения. Ему было очень больно.

Он также переживал о своей любимой дочери – Маргрете. Возложить это тяжелое бремя на маленькую девочку, чтобы в будущем она стала главой государства? А что думала Королева Ингрид? Или Король Ингрид, как называли ее некоторые политики и Принц Кнуд.

Какую роль сыграла Королева Ингрид в деле о престолонаследии? Нет сомнения, что она, которая всегда мыслила в более длительных перспективах «вероятно, видела это более реалистично, чем Король», как написал Бо Брамсен в своей книге «Дом Глюксбургов»

Когда шел выбор между преемниками Короля Фредерика и Кронпринца Кнуда, то, как писал главный редактор журнала «Информ» Эрик Зайденфаден осенью 1952 года: «для всех сторонников монархии должно иметь большое значение, чтобы полномочия и обязанности главы государства передавались по наследству в той ветви Королевской Семьи, которая считается наиболее способной для исполнения государственного долга».

Разве могла простодушная Королева Ингрид не разделять этих взглядов? Едва ли. Тем не менее профессор Таге Корстед отрицал, что монаршая чета, и особенно Королева Ингрид, были политически активны, чтобы изменить закон о престолонаследии: «но Королева Ингрид была горда в тот день, когда премьер-министр Эрик Эриксен объявил о принятии конституционной поправки обеспечивающий женщине наследовать датский престол»

В книге «Семья и ее королева», вышедшей в 1996 году, сама Королева Ингрид заявила, «что это полная чушь», что она оказывала какое-то влияние на решение:

Я даже не думала об этом. Это была не моя работа. Я начала думать об этом только после принятия поправки и это состояло в том, чтобы поддержать и направить мою дочь в правильном направлении. Но, конечно, я всегда была сторонницей равноправия. Женщины многое могут, и в некоторых областях они могут быть даже лучше, чем мужчины.

В то время как в Амалиенборге ждали результаты, в Зоргенфри ситуация становилась все более неловкой и неприятной. Никто по-настоящему не разговаривал с принцем Кнудом. Он чувствовал, что проводятся "Королевские выборы", на которых он и его два сына - Ингольф и Кристиан (род. 1942) отправляются на референдум.

Где он находится по закону, когда кто-то пытается лишить его и его семью трона? В какой-то момент он нанял пару адвокатов, чтобы разобраться с этим. А слухи о том, что он требовал от восьми до десяти миллионов в качестве компенсации, только усугубили ситуацию - даже если они не соответствовали действительности.

28 мая 1953 года состоялись выборы - Ингольф или Маргрете? 45% из тех, у кого было право голоса проголосовали за Маргрете.

Таким образом, Принц Кнуд опустился с первого на четвертое место в списке престолонаследия. Он вышел из состава Государственного совета, но в качестве компенсации – ему продолжили платить апанаж до конца жизни. Ингольф потерял Королевство. Как он это воспринял? С сокрушительным спокойствием. Он действительно хотел быть свободным: «я смогу стать кем захочу - водопроводчиком или трубочистом» Вместо этого он стал фермером, при чем первоклассным фермером.

Принц Кнуд никогда публично не жаловался на судьбу семьи, и оба брата и их семьи после драмы 1953 года поддерживали дипломатические отношения - добрые и правильные. Королева Ингрид была очень дружна с Кальмой, которая, как и сама Ингрид обладала сухой самоиронией.

До самой смерти Каролины-Матильды в 1995 году они продолжали дружить. Но с принцем Кнудом, который умер в 1976 году, Королеве Ингрид было не о чем говорить. Предполагается, что он приписывал ей более активную роль в истории с престолонаследием, чем это можно было доказать.





Tags: Книги, Королевская семья Дании, Мнение, Монархия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 14 comments