Заносчивая Вандербильдиха (leprofesseur) wrote in euro_royals,
Заносчивая Вандербильдиха
leprofesseur
euro_royals

Category:

Как 2020 год навсегда изменил королевскую семью - The Telegraph



В декабре помощник редактора The Telegraph Камилла Томини написала статью о том, как БКС откликнулась на все проблемы, с которыми ей пришлось столкнуться в непростом 2020 году.

Это был год, который навсегда изменил королевскую семью, - год с глубокими расколами, сменой власти и новыми иерархиями, возникшими в результате пандемии коронавируса. От кризиса Megxit, который угрожал ввергнуть монархию в конституционный беспорядок в начале 2020 года, до конца года, завершившегося значительно более скромным масштабом королевского Рождества, эти 12 месяцев были не похожими на другие для Дома Виндзоров.

Тем не менее, пока королева готовится к выпуску своей рождественской речи, у нее будет повод задуматься над мантрой своего первого премьер-министра Уинстона Черчилля о том, чтобы никогда не позволять «хорошему кризису пропасть зря». Ибо хотя Фирма и столкнулась со значительными трудностями с тех пор, как страна впервые погрузилась в локдан 23 марта, ее готовность адаптироваться в попытке «сохранять спокойствие и продолжать жить дальше» напомнила общественности о важности института, который всегда выходил за рамки политических баталий.

Поскольку и принц Уэльский, и герцог Кембриджский заразились Covid-19 в начале кризиса, пандемия оказала прямое влияние на то, как королевская семья выполняет повседневные обязанности. Из-за отсутствия возможности живого общения с народом и заграничных туров они были вынуждены «уйти в виртуал». В прошлом месяце 94-летняя королева сияла от восторга, когда десятки школьников с Кипра исполняли песню онлайн по случаю 73-й годовщины ее свадьбы. Это произошло после того, как Королевская принцесса дала своей матери первый урок искусства онлайн-мероприятий в июне.

Наряду с Анной, которая расположила к себе нацию своим отношением "все могу" во время документального фильма ITV, The Princess Royal at 70, вышедшего в эфир в июле, второстепенные члены королевской семьи, такие как Софи, графиня Уэссекская, также активизировались, чтобы заполнить пустоту, оставленную герцогом и герцогиней Сассекскими. 55-летняя мать двоих детей в ноябре надела джинсы и свитер, чтобы помочь своему местному продовольственному банку, в то время как Анна смогла провести более 50 мероприятий с момента окончания первого карантина, включая поездки в Камбрию, Кембриджшир и остров Уайт.

Дворец также не избежал экономических последствий пандемии, поскольку Royal Collection Trust, благотворительная организация, которая заботится о коллекции произведений искусства королевы и официальных резиденциях, как ожидается, потеряет 64 миллиона фунтов стерлингов из-за того, что туристы не смогли их посещать из-за карантина. Ее общий доход с 2019 по 2020 год составил 72 миллиона фунтов стерлингов. Увольнения кажутся неизбежными.

Независимо от уровня заболеваемости, члены королевской семьи также столкнулись с рядом проблем, не имеющих к нему отношения, включая постоянное пристальное внимание к отношениями герцога Йоркского с осужденным педофилом Джеффри Эпштейном и последствиями переезда Гарри и Меган в США. 60-летний принц Эндрю все еще не поговорил с властями США, расследующими преступления покойного финансиста, который в прошлом году покончил жизнь самоубийством в тюрьме. Прокуратура призвала его дать показания ФБР, поскольку они проводят расследование в отношении еще одного из его друзей, светской львицы Гилейн Максвелл, которая обвиняется в том, что она поставляла Эпштейну девочек-подростков. Отец двоих детей, Эндрю, всегда категорически отрицал любые обвинения в противоправных действиях. Адвокаты герцога ранее заявляли, что Эндрю трижды предлагал дать свидетельские показания.

Если число откровенных книг о королевской семье в этом году не было достаточно беспокоящим, им также пришлось пережить явление призрака Дианы, принцессы Уэльской, появившегося в форме последнего сезона «Короны», вызывающего болезненные воспоминания. Разоблачения «Finding Freedom», агиографии Сассексов, где говорилось, что Гарри посчитал Уильяма «снобом» после того, как тот предупредил его не торопиться с «этой девушкой», почти не пропадали из заголовков в течение лета вместе с подробностями о судебном деле герцогини против The Mail on Sunday по поводу публикации отрывков из письма ее отцу Томасу Марклу. В прошлом месяце в суде возник спор о том, разрешила ли она предоставить личную информацию авторам книги «Finding Freedom». Команда ее юристов отрицает сотрудничество.

Недавнее освещение интервью Мартина Башира с Дианой в "Панораме" 1995 года, вылившееся в расследование в Би-би-си, сделало положение Уильяма еще более затруднительным, поскольку послужило еще одним напоминанием об ожесточенном характере расставания его родителей, произошедшего 25 лет спустя.

Хотя 2020 год, несомненно, был годом скандалов, опасений за здоровье, лишений и огромных перемен для королевской семьи, королеве каким-то образом удалось избежать того, чтобы он стал ее вторым «annus horribilis».

Неожиданно воссоединившись с 99-летним герцогом Эдинбургским в «HMS Bubble», поскольку они провели большую часть года в самоизоляции в Сандрингеме и Виндзорском замке, королева, возможно, не была так заметна, но ее присутствие ощущалось во время всего этого крупнейшего национального бедствия, с которым столкнулась Британия после Второй мировой войны. В обычное время герцог, который отошел от общественной жизни в 2017 году, провел бы большую часть года в Вуд Фарм, своем фермерском доме с пятью спальнями в поместье Сандрингем, в то время как королева оставалась бы «в офисе» в Букингемском дворце. Но пандемия вынудила пару - и их ближайших помощников - объединиться в интересах практичности, поскольку с марта они делили свое время между Норфолком, Балморалом и Виндзором. Инсайдеры говорят, что в ином случае у них, вероятно, не было бы возможности провести так много времени вместе, поскольку королева по сути «села на мель» впервые за почти семь десятилетий.

Что, возможно, сделало ее редкие публичные выступления еще более эффективными. Ее апрельская речь «Мы встретимся снова», в которой она признала горе и финансовые трудности, с которыми сталкиваются британцы, и пообещала народу, что впереди ждут лучшие времена, вероятно, войдет в историю как одна из лучших за ее 68-летнее правление. Как всегда, время было выбрано безупречно, так как она обеспечила столь необходимый подъем морального духа, когда Британия находилась на самой низкой точке во время апрельского пика пандемии, а накануне премьер-министра Бориса Джонсона поместили в реанимацию, так как его симптомы ухудшились.

Итак, как же именно королевской семье удалось изменить свои традиционные методы работы, чтобы они соответствовали «новой норме», и какое влияние это может оказать на механизм монархии в ближайшие годы?

Чуть больше года назад королева лично позвонила герцогу Сассекскому в Фрогмор-коттедж, тогда его с герцогиней и их сыном Арчи дом в Виндзоре, чтобы спросить, приедут ли они на Рождество в Сандрингем. Вместо того, чтобы успокоить напряженность, возникшую между парой и их родными и близкими после королевской свадьбы 2018 года, это побудило их к действию, и они решили провести период праздников, обдумывая все в отпуске в Канаде.

Через несколько дней после их возвращения с острова Ванкувер казалось, что решение принято, и 8 января Сассексы сделали шокирующее заявление о том, что они уйдут с поста старших членов королевской семьи. Поскольку Арчи оставался в Канаде, Меган улетела из Великобритании, оставив Гарри расхлебывать кашу.

Кризис угрожал разорвать монархию надвое, поскольку королеву и членов королевской семьи обвиняли в жестокости и неспособности оказать молодоженам достаточную поддержку. Общественное мнение разделилось: некоторые обвинили Гарри и Меган в том, что они отвернулись от Британии, когда «жадно» добивались «финансовой независимости» в Северной Америке. В какой-то момент это сравнили с кризисом отречения 1936 года, когда Эдуард VIII отказался от престола, чтобы жениться на разведенной американке Уоллис Симпсон.

Инсайдеры высоко оценивают скорость, а также гуманность, с которой королева отреагировала на быстро разворачивающиеся события, требуя решения «в течение нескольких дней, а не недель», как задающих тон для плавного решения деликатной проблемы как для семьи, так и для фирмы. Как сказал один инсайдер: «Во всех ее заявлениях говорилось о том, насколько она опечалена по поводу ситуации и что они все еще остаются очень любимыми членами семьи. Ошибочно полагают, что они в изгнании - они там, где они хотят быть, при поддержке семьи».

Сандрингемский «саммит», который состоялся между королевой, Чарльзом, Уильямом и Гарри 13 января, всего через пять дней после объявления Сассексов, для выработки условий «бракоразводного процесса», не только поспособствовал тому, что враждующие братья снова начали разговаривать, но прогарантировал то, что королевская семья была ограждена от афтершока, вызванного переездом Гарри и Меган.

«Если подумать, все могло быть намного хуже, но на самом деле все, кто участвовал в этих переговорах, были поражены их конструктивностью», - сказал хорошо осведомленный источник. «Не было повышенных тонов благодаря присутствию Ее Величества. Было искреннее желание убедиться, что герцог и герцогиня Сассекские уезжают в хороших, а не плохих отношениях».

Из-за изначальных опасений, что Гарри и Меган устроят "прямую конкуренцию" по ту сторону Атлантики, убедить их согласиться не использовать титулы Их Королевских Высочеств и отказаться от упоминания слова "королевский" в своем брендинге рассматривалось как крупная победа дворца, хотя нет сомнений в том, что Гарри был горько разочарован тем, что не смог сохранить свои королевские военные назначения.

Помогло то, что за членами королевской семьи стоит динамичная команда советников. Сэр Эдвард Янг, который стал личным секретарем королевы в 2017 году, подвергся критике за то, что в первую очередь позволил ситуации достичь критической точки, при этом инсайдеры предполагали, что его предшественник сэр Кристофер Гейдт (ныне лорд Гейдт) "образумил бы всех" гораздо раньше. Но теперь кажется, что беспристрастный подход бывшего советника Майкла Портилло и Уильяма Хейга помог избежать «наихудшего сценария», когда Сассексы уселись бы на двух стульях, сохраняя квази-королевский статус. Бывшему личному секретарю Уильяма Саймону Кейсу, который стал секретарем кабинета министров в сентябре, также приписывают помощь одержать победу «хладнокровным умам» вместе с правой рукой Чарльза Клайвом Олдертоном. Также помогло наличие Кристиана Джонса, специалиста по коммуникациям, который ранее работал в Минфине и по вопросам Брексита, в топ-команде Кембриджей, поскольку они пытались оградить себя от общественных последствий раскола «Великолепной четверки».

Выбирая советников, которые работали вместе с высокопоставленными политиками, Уильям укрепил свой «государственный» имидж. Отец и старший сын были описаны как работающие "в полном согласии" с придворными Королевы не только над Мегкситом, но и над вопросами, касающимися "перехода" трона, что обнадеживает, поскольку три двора, как известно, в прошлом выступали друг против друга.

Поскольку Сассексы купили особняк в Санта-Барбаре за 11 миллионов фунтов стерлингов, подписав многомиллионную сделку с Netflix, они, несомненно, получили от этого финансовую выгоду. Но снижение популярности Гарри и Меган в Великобритании, где их рейтинги с марта снизились на 19 и 26 пунктов соответственно, согласно последнему опросу YouGov, свидетельствует о том, что в глазах британского общества их позиции ухудшились.

Как сказал редактор Sunday Express, ставший консультантом по связям с общественностью Мартин Таунсенд: «Мне кажется, что Мегзит действительно укрепил королевскую семью. Представление о том, что у вас может быть королевский двор в изгнании или что Гарри и Меган могут создать свой собственный двор в Америке, что было бы альтернативным современным подходом к королевской жизни, более соответствующим времени, было полностью опровергнуто. Фактически, уход Сассексов из королевской семьи подчеркнул истинную ценность монархии - то, что она невероятно стабильна и ее трудно разрушить.

«Несмотря на личные волнения, королевская семья знает, что она есть, ей комфортно в том, что она есть, и она способна адаптироваться к современности. Большинство людей удивлены тем, что Гарри и Меган не смогли понять, что королевская семья предоставила им идеальную платформу для работы. То, о чем говорит Меган, в высшей степени разумно - расширение прав и возможностей женщин, равенство, важность голосования. Их тур по Австралии был высшим достижением - удивительно, что им удалось уничтожить собственное недолговечное наследие».

Пара, безусловно, получила теплый прием во время их первого заграничного тура в качестве супружеской пары осенью 2018 года, когда они отправились в Новую Зеландию, Фиджи и Тонгу, где их приветствовала ликующая толпа. Однако тур по Африке в сентябре 2019 года был омрачен тем, что они неожиданно открыли свои души Тому Брэдби из ITV. В слегка завуалированном выпаде в адрес своих королевских родственников Меган в слезах поведала, что королевская жизнь была трудной, и пожаловалась: «Не многие люди спрашивали, в порядке ли я».

Таунсенд считает, что не только герцог и герцогиня Кембриджские вышли из тени Сассекских, но и принц Уэльский, который, по его словам, "доказал, что он будет ничуть не хуже королевы в том, как он взаимодействует с публикой, не поддался тревоге по поводу отъезда сына и сохранял хладнокровие и спокойствие».

«Он был молчаливым, но могущественным государственным деятелем. Мы увидели не столько чокнутого Чарльза прошлых лет, сколько рассудительного Чарльза, заботящегося о старинных ремеслах и с нетерпением смотрящего в будущее этого мира».

Успешные действия Чарльза в ходе Мегзита вдвойне важны, поскольку 72-летний наследник престола давно настаивает на сокращении монархии, чтобы королевская семья оставалась актуальной в следующем десятилетии и в дальнейшем. Этот подход вызывал разногласия в семье в прошлом: и принц Эндрю, и семья Уэссексов, как считалось, были недовольны, когда королева появилась на балконе Букингемского дворца во время своего Бриллиантового юбилея в 2012 году с только Чарльзом, Камиллой, Уильямом, Кейт и Гарри (принц Филипп заболел в те выходные).

Хотя Джо Литтл, главный редактор журнала Majesty, согласен с тем, что принц Уэльский и герцогиня Корнуольская были "молодцами" в 2020 году, уход Гарри и Меган после того, как принц Эндрю отошел от королевских обязанностей в ноябре прошлого года, означает, что существующая рабочая нагрузка должна быть перестроена для достижения успеха миссии Чарльза по «соотношению цены и качества» монархии.

«В теории это отличная идея, но тот факт, что Гарри и Меган больше не являются частью уравнения, делает ее немного сложнее. Если существующая рабочая нагрузка сохранится, оставшимся придется взять на себя дополнительные обязанности. Таким образом, либо структура королевских мероприятий должна быть пересмотрена, либо им нужно будет привлечь других людей, чтобы они могли легче распределять нагрузку».

Указывая на то, что нынешняя ситуация напоминает ситуацию конца 1940-х и 1950-х годов, когда «королевских особ не хватало», Литтл добавил: «Тогда им приходилось привлечь к работе принцесс Александру и Маргарет, но сейчас многим королевским кузенам за 70 или больше, и рабочая нагрузка тогда была совсем не такой, как сейчас. Поэтому Чарльзу приходится либо отказаться от этой идеи, что маловероятно, либо пересмотреть рабочую нагрузку».

Одна из идей может заключаться в том, чтобы последовать подходу Кембриджей к созданию зонтичного фонда для объединения всех благотворительных усилий, вместо того, чтобы иметь так много королевских патронатов. «В будущем наступит момент, когда у благотворительных организаций не будет так много королевских покровителей», - добавил Литтл.

«Интересно наблюдать, что Чарльз и Камилла так активны в период локдауна, хотя им обоим за 70 и они относятся к уязвимой категории. Ему пришлось взять на себя инициативу, чего не могла сделать его мать. Также активизировалась герцогиня Корнуольская».

Тем не менее, помощники королевы сразу же укажут на то, что, несмотря на то, что она не могла провести много мероприятий вживую, она пыталась соответствовать своей мантре: «быть видимым, чтобы в нас верили», с помощью ряда высокоэффективных выступлений. Речь «Мы еще встретимся», произнесенную из Виндзорского замка, посмотрели 24 миллиона человек. В подтверждение роли королевы как светоча постоянства ее сфотографировали на конной прогулке, когда 1 июня были сняты некоторые ограничения.

Весьма многозначительным было и то, что королева настояла на том, чтобы мини-Trooping the Colour состоялся в ее официальный день рождения, 13 июня, с Королевским салютом в Виндзорском замке в знак уважения к вооруженным силам. Точно так же празднование 75-й годовщины Дня Победы и мероприятия у Кенотафа в Поминальное воскресенье были «не подлежащими обсуждению» датами в королевском дневнике.

Стремясь продолжить работу, которую она выполняет с 20-летнего возраста, в октябре она сопровождала Уильяма во время визита в научно-техническую лабораторию министерства обороны в Портон-Дауне, чтобы показать миру, что королева все еще может появляться на мероприятиях - хотя и с максимально возможным соблюдением мер безопасности.

Несмотря на то, что Букингемский дворец оставался закрытым для публики в течение лета, а крупные мероприятия, такие как Trooping the Color и ежегодные садовые вечеринки, были отменены, перспективное планирование продолжается. «Предварительное» планирование уже началось в отношении празднования 100-летия герцога Эдинбургского в июне следующего года и Платинового юбилея королевы в 2022 году, а до этого осталось всего 18 месяцев. По словам одного помощника: «Королевская семья будет делать то, что делала всегда, - она ​​будет адаптироваться».

Хотя заманчиво думать, что королевская семья будет и дальше стремиться к сокращению личного общения, в этом нет понимания сути института. Королева лучше всех знает, что именно физическое присутствие королевской семьи и сопровождающие его церемонии часто оказывается главной притягательной силой. Точно так же главная привлекательность для членов королевской семьи - это возможность встречаться с людьми лично. Нет сомнений в том, что королеве не хватало прогулок после мероприятий, когда она могла поболтать с публикой. Однажды она отметила, что находит «странным» наблюдать море телефонов во время мероприятий, признав: «Я скучаю по зрительному контакту».

Помощники настаивают на том, что, как только она сможет вернуться к личным встречам в полной мере, она это сделает. Примером желания герцога и герцогини Кембриджских вернуться к своим физическим обязанностям стало их решение провести в начале этого месяца тур по Великобритании на королевском поезде, чтобы воздать должное тем, кто в этом году делал все возможное и невозможное. Они подчеркнули важность таких организаций, как NHS Charities Together, и воздали должное духу общества, а также поддержали сектор сохранения исторического наследия и искусства.

Согласно одному источнику, близкому к Кембриджам, они вступили в локдаун, понимая, что «общественность нуждается в королевской семье больше, чем когда-либо». Вследствие этого герцогиня запустила свою известную инициативу Hold Still, отбирая фотографии сообщества, борющегося я с Covid. Герцог сосредоточил внимание на ущербе психическому здоровью, побуждая мужчин открыто говорить о проблеме, используя футбол как способ разрушить табу.

«То, что было сделано в этом году, укрепило ценность королевской семьи как естественных субъектов государства», - сказал источник. - «Они не знаменитости - они здесь, чтобы благодарить людей от имени общества. Они могли бы вести себя очень тихо и, вероятно, не столкнулись бы с большой критикой. Но даже когда все остальные сворачивали свою деятельность, они продолжали».

Помимо серьезной работы по предоставлению почти 1,8 миллиона фунтов стерлингов на благотворительность через Covid-19 Response Fund своего Королевского фонда, Кембриджи пытались обеспечить и определенную легкость с помощью таких мероприятий, как проведение виртуального сеанса игры в бинго для жителей дома престарелых в Кардиффе. Герцог также снялся в комедийном скетче со Стивеном Фраем для благотворительной акции BBC.

"Вы должны получить правильный баланс", - добавил источник. - «В конце концов, люди действительно хотят их видеть - вы не можете добиться этого в Zoom, потому что всем нравится человеческий контакт. Но один из самых важных выводов состоит в том, что люди не чувствуют, что были лишены королевской семьи, даже если она не смогла участвовать в больших мероприятиях и зарубежных турах».

Другой инсайдер сказал: «Люди ищут в королевской семье лидерства - они также ищут в ней пример. Люди редко жалуются на королевских особ, если они заняты делом. А такие мероприятия, как Международный день медицинской сестры, в котором приняли участие несколько членов семьи, доказали, что они могут быть очень эффективной командой».

В своем первом заявлении по поводу коронавируса в марте королева заявила: «Вы можете быть уверены, что моя семья и я готовы сыграть свою роль». Несомненно, есть ощущение, что - вместо разделения на «они» и «мы»- королевские особы смогли понять страдания нации и поднять ее моральный дух, как они это сделали во время Второй мировой войны. В разгар национального кризиса они снова приняли вызов.


***
И чтобы два раза не вставать - в продолжение истории с венком, в возложении которого к Кенотафу от его имени принцу Гарри отказали. На прошлой неделе роял-кор Дейли Мейл Ребекка Инглиш опровергла информацию, опубликованную в Таймс, что это было сделано без ведома королевы.

[Spoiler (click to open)]В то время история - и она не была публично опровергнута, потому что члены королевской семьи посчитали неуважением превращение национального акта памяти в семейный скандал - заключалась в том, что придворные приняли решение, не обсудив его с королевой.

Но сегодня я могу сообщить, что за отказом стояла только королева, и что ей потребовалось «всего две секунды», чтобы принять решение.

«Поминальное воскресенье - священная дата в дневнике Ее Величества», - объясняет мой источник. - «Это одна из самых важных дат в ее календаре, и ничего не делается без ее ведома. Предполагали, что реакция дворца на запрос Гарри была мелочной. Но это было решение королевы. Более того, у нее на самом деле были очень твердые взгляды по этому поводу».

Другой источник сообщает мне: «Хотя она безмерно восхищается достижениями Гарри как в армии, так и вне ее, это было воспринято как пример его непонимания того, что для него значит быть неработающим членом королевской семьи. Королева твердо придерживается мнения, что вы не можете выбирать то, что вы делаете, когда дело касается института. Либо ты в нем - либо нет».
Tags: Королевская семья Британии, Мнение, СМИ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments